Экс-игрок «Днепра» Виталий Мандзюк рассказал ведущей программы Аллы Бублий «Моя гра» о том, почему рано завершил футбольную карьеру.
-С футболом так получилось, что я получил травму, было много операций… Но у меня не было паники, что делать дальше. Была финансовая «подушка безопасности», потому я это пережил спокойно, и мне психологически не было тяжело. На данном этапе я кайфую от своей семьи, от своего сына. Пока так.
Как-то я даже подал документы, чтобы учиться на тренера, но потом, глядя на то, как мало времени провожу с семьей – почему-то не пошел на курсы на данном этапе.
Плюс учитывая, что сейчас в футболе происходит… Полная деградация. Взять хотя бы, какой уровень был, когда я еще играл, и какой сейчас. То есть – на порядок ниже. Поэтому я считаю, надо еще лет 10 – пока все не наладится в политике, как и в футболе. Поэтому я не хочу пока туда лезть.
-Расскажи о своей травме…
-Я практически полтора года ходил на костылях. Есть сейчас сделать рентген моего колена – у меня сейчас там сплошное железо, титан. Все держится на металле. Я побегаю раз в неделю – потом неделю хожу-мучаюсь. Я чувствую это. Я могу побегать, но нас следующий день на стену лезу.
-Когда ты получил роковую травму?
-Четыре года назад. Эта травма уже, как говорится, «накопилась». Это не травма мениска или крестообразных связок, когда щелк – и это произошло. Хрящ стирался годами, о в тот момент, когда была большая нагрузка, и произошла травма. Мне было 28 лет. Видимо, это было мое время, когда я «отбегал».
Также у меня есть физиологическая проблема: моя левая нога от рождения была кривее. Исходя из этого и произошла эта травма, ведь человек должен ровно бегать, и все процессы будут происходить нормально. У меня это происходило наискось: все 28 лет я заваливался на левую сторону. Пытался разными стельками это контролировать. Не думал, что быстро это все произойдет…
Конечно, я боролся, делал операции. Мне ставили имплантаты, чистили, но это не помогло. Последняя моя операция вообще была такой, что мне спилили кость, выровняли ногу и все это зафиксировали титаном. Но зато я теперь хожу ровно, это визуально видно. Поэтому все нормально. За четыре года у меня было шесть операций.
-Когда ты понял, что завершишь карьеру?
-Когда я только начал тренироваться, почувствовал боли. И я понял, что дальше в профессиональном спорте будет только хуже. Потому я принял решение отойти от этого.
Думаю, если бы не моя нога, я бы еще пять лет поиграл.
-Ты официально закончил карьеру?
-Сейчас на камеру говорю, что да, но я это не оглашал. Вообще за три года первый раз даю интервью. Многие звонили, но не хотелось общаться с прессой. Не знаю, почему.
-По чему ты больше всего скучаешь в футболе?
-Я очень скучаю по «Днепру» - именно по тому, что был раньше, когда мы добивались результата, хорошо играли… Скучаю по атмосфере. Это словами не передать. В моей карьере это вообще лучшие годы. Я вспоминаю это и где-то еще частично этим живу: как мы тренировались, играли, отдыхали… Это была большая семья. Это не просто шаблон, это действительно была семья. Это было кайфово для меня как для футболиста.
-Это было при Хуанде Рамосе?
-Да. Это были лучшие годы. Я многое узнал, я чувствовал прогресс в себе.